18+
Специальная версия

Обратите внимание на памятники

 

 

Отца забрали на фронт. Маму в 17 лет с ровесниками-односельчанами угнали в Германию на работу. После освобождения вернулась в родную Щетиновку. Дома не оказалось. Одно пепелище. Ночью, во время бомбежки, в дом попала бомба. Были убиты мать и два брата. От сгоревшего дома осталась одна икона, которую соседи передали маме. Сейчас икона хранится у меня. С ней выходила замуж моя прабабушка.

 

Как бы ни было, а надо жить. Мужчины пришли с фронта, и началась мирная жизнь. Мой дедушка с фронта не возвращался. А мама так его ждала. Я родилась в послевоенные годы. Бабушки и дедушки у меня не было. Их забрала война. Мама получила письмо, в котором сообщалось, что Маслов Федор Афанасьевич пропал без вести.

 

Осиротевшую маму взяла к себе ее двоюродная сестра. Шло время, мама писала во все инстанции, пытаясь разыскать отца или его могилу. Но безуспешно. Один ответ: пропал без вести. До сих пор хранятся у меня эти почтовые открытки. В январе 1999 года мамы не стало. Спустя несколько лет в Интернете появилась Книга памяти, в которой опубликованы списки погибших во время Великой Отечественной войны. Мой сын внимательно просмотрел их. «Пропал без вести…»... И только через год мы читаем: «Старший сержант Маслов Федор Афанасьевич погиб, похоронен в селе Ближняя Игуменка в 1943 году». Господи! Да это же рядом с нами. Жаль, что мама не смогла об этом узнать…. С сыном поехали в Ближнюю Игуменку. Пробки в городе приостанавливали нас. Наконец, выехали на объездную дорогу. Просторная трасса, подсветка. Доезжаем до поворота на Ближнюю Игуменку. Приезжаем в центр села, спрашиваем о месте нахождения памятника. Оказывается, совсем близко, недалеко от школы. Подъехали.… Чтобы пройти к памятнику по тротуарной дорожке, заросшей травой и зашлепанной коровьим пометом, пришлось сменить курс. Вход к памятнику преграждает тяжелая цепь, вся ржавая. Зачем? Я не могла понять. Только дома, анализируя увиденное, поняла: чтобы не заходили коровы и другой скот. Подхожу к списку погибших и захороненных. Это уникальное зрелище. Сошлись два стиля: современный и «древний». «Древний» представляет собой длинный железный ящик, перевернутый вверх дном. Дно покрыто черным то ли пластиком, то ли еще чем-то. От времени он начал разрушаться, откалываться, уничтожая списки. Рядом, над этим ящиком, помещены списки погибших, имена которых установили позже. Это напоминает развернутую книгу (сделано в современном стиле). Сочетание одного и другого ошеломляющее. Неужели нельзя было объединить списки и сделать в одном стиле? Сам памятник, правда, выкрашен. За памятником растет акация. Можно было хотя бы подстричь. А теперь взглянем за изгородь, на то, что окружает памятник. Сухой бурьян. Его не удосужились скосить в свое время. С левой стороны, впритык к школе, стоит домишко с длинным покосившимся сараем. А рядом с сараем огромный загон для скота. Там блеют овцы, мычат коровы. И это в десятке метров от памятника, в самом центре села.

 

Да, пусть мы еще не имеем материальной возможности соорудить памятник из гранита или мрамора, хотя погибшие это заслужили, но ведь можно сделать элементарно ухоженную территорию? Неужели никто этого не видит? Или мы только говорим 9 мая о памяти, патриотизме.… А на деле? Я – жительница села Красный Октябрь. В нашем селе тоже есть братская могила. Вокруг все ухожено. Воины, освобождавшие село Ближняя Игуменка в 1943 году в этой страшной мясорубке, заслуживают памяти и уважения. Очень прошу главу администрации Новосадовского сельского поселения обратить внимание на эту святыню.

 

Л. БОРОДИНА,

 

житель с. Красный Октябрь

 

Я отправила письмо главе администрации Новосадовского сельского поселения Е.Е. Курилову. Несколько раз звонила, задавала вопрос при встречах. К сожалению, ответа на письмо, ни письменно, ни устно, не получила. Потом Евгений Евгеньевич ушел в отпуск. В администрации поселения я узнала, что в текущем году на ремонт двух памятников, которые находятся в поселении, в бюджете заложены деньги. На памятник в п. Новосадовый потрачено 39,2 тысячи рублей, осталось 20 тысяч – на ремонт памятника в с. Ближняя Игуменка. Какие работы будут произведены и в какие сроки, мне не сообщили. Со слов жителей села, к 65-летию Победы ремонт на памятнике производился. Именно тогда были изготовлены дополнительные списки погибших.

 

Я побывала в селе на митинге, посвященном 9 Мая, который проходил у памятника. Сейчас там не такая удручающая картина, как пишет в письме Л. Бородина. Кусты акации были подстрижены, трава скошена. В плитке, которая уложена на территории, не было даже травинок, которые, возможно, прорастают летом. За памятником ухаживают школьники и учителя. Заведующая сельской библиотекой В.К. Бочманова тоже постоянно следит за порядком на территории памятника. Во время школьных каникул, когда она убирает здесь, ребята подключаются, бросают свои игры и приходят на помощь. Пенсионеры сажают цветы – тюльпаны, чернобривцы. Общественность – это хорошо. Нужно подключать родителей детей, как можно больше взрослых жителей села. Возможно, задуматься о создании попечительского совета.

 

Сейчас содержание памятников возложено на администрации поселений, и, как сами видите, средств не так много. Список погибших на памятнике, действительно, в удручающем состоянии. Многих фамилий не видно. Тех 20 тысяч, конечно маловато, чтобы сделать новые списки. Так, какой-то косметический ремонт провести – что-то подкрасить, подмазать еще можно. Может быть, поэтому Евгений Евгеньевич и не мог ничего ответить на письмо. Остается только гадать.

 

Мне тоже порой, как и автору письма, становится грустно и больно, когда я вижу памятники в глубинке. Да, в больших городах, наверное, проще отремонтировать мемориалы – и бюджет больше, и предприятий множество, чтобы спонсоров найти. Но в маленьком селе на кого надеяться? А ведь ко многим памятникам, взять хотя бы Ближнюю Игуменку, едут со всей России, бывшего Советского Союза. Валентина Кузьминична рассказала, что и немцы к ним приезжают. Один из них как-то разыскивал здесь своего родственника. Показывал письмо, в котором было подробно описано, где тот был похоронен сослуживцем, с которым во время войны ехал на мотоцикле. Указаны все ориентиры – 20 метров на восток от дороги и т.д. Не нашел, но на следующий год, проездом в Курскую область, заезжал в Ближнюю Игуменку. И на памятнике был.

 

Год назад я рассказывала в газете о немецком кладбище в с. Беседино под Курском. Когда там стоишь и видишь европейскую ухоженность, сразу почему-то вспоминаешь наши памятники в селах, где-то еще гипсовые, 1950 годов, с облупившейся краской, обвалившейся плиткой. Что называется, до слез обидно.

 

Считаю, что выход (то есть деньги) все равно нужно искать, памятники ремонтировать, реконструировать, строить новые. Без памяти нет движения в будущее.

 

Л. ДРОБНОВА,

 

заведующая отделом писем газеты «Знамя»

44

Оставить сообщение:

НАПИШИТЕ НАМ
Рекламный баннер 970x90px 970na90