Долгожданный праздник

<img style="float: right; margin: 10px; border: 1px solid black;" src="media/2014/znamya128/den.jpg" alt="" width="200" height="298" />Совсем скоро наступит Великая дата – семьдесят лет Победы над фашистами! Эти 70 лет пролетели так быстро, что, мне кажется, мои первые семь лет жизни тянулись гораздо дольше. Ох, и много же помнится всего из тех горьких военных, а потом и тяжелейших послевоенных лет! В моих мыслях постоянно «живёт» моя незабвенная крёстная мама – сестра моего отца – тётя Таня, которую я называла Коко. Без неё мы, три сестры, росли бы, как трава – мать на работе, отец на фронте. Тётя Таня работала в артели инвалидов-надомников. Она день и ночь шила нижнее бельё для солдат, смотрела за нами, кормила, чем Бог пошлёт. Она была нашим ангелом- хранителем. До сих пор я ощущаю её присутствие в доме, хотя она умерла 10 февраля 1960 года. Замуж она не выходила, свято верила в Бога, а нас, детей, просила молиться за отца, чтобы он вернулся с фронта живой. А я обниму её за шею и на ушко шепчу: «Коко, я не хочу, чтобы папка вернулся, я боюсь, он опять драться будет». Я помнила драку отца и матери, следы крови на стене и потолке. Наша каморка была низенькая. Можно сказать, на первом венце – порог, на втором – потолок. Коко успокаивала: «Не бойся, доченька, ты со мной... Не повезло твоему папе… Вырастай скорее, да не болей, сердечко-то у тебя слабенькое». Я обнимала её и со слезами в голосе спрашивала: «Ты моя, Коко?» – «Твоя, твоя, доченька», – утешала она меня. Такой бедности, как в нашем доме, не было ни у кого. В 1936 году, когда меня ещё не было, родилась сестра Галя, а Тамаре было два года, дедушка Иван Иванович с сыном Борей продали в Слободском Кировской области два дома и решили поехать в Уфу, чтобы обосноваться там. В Слободском пришла беда – сначала умерла бабушка, потом от тифа в 30 лет умер сын Николай, а ещё через год второй сын утонул в реке Дёма в Башкирии. Вот и решили, что надо уехать на другое место. Иван Иванович приехал в Уфу, купил красивый большой дом и поехал за семьёй. Привёз всех, а дом занят! Его обманули! Что делать – ни денег, ни жилья! Кое-как наскребли на баньку. Вот и хоромы наши – в два окошечка. Летом цветы заглядывали, а зимой – сугробы стеной вставали, от ветров загораживали. Война... Ночные очереди за хлебом. Днём в нашу каморку приходили все соседи: «С Татьяной поговорим – на душе легче». Представители всех национальностей – татары, башкиры, русские, мордва, удмурты – все, как одна семья, сидели, говорили, щёлкали семечки, иногда плакали. Всё было! А поезда с солдатами и с танками шли и шли на фронт. Иногда эшелон останавливался, солдаты выскакивали из своих вагонов, появлялась гармошка, все пели и плясали. Отчаянно. Нервно. Ведь никто не знал – кому жить, а кому – как Бог даст. В нашей каморке все мечтали о Победе. «Эх! Хоть бы дожить, Васеньку дождаться», – говорит тётя Ксения. А Васеньке двадцать пять лет тюрьмы присудили. У нас улица Трактовая под горочку идёт. Зимой скользит машина, тормоза не помогают, а гололёд крепкий. По дороге пьяные солдатики идут, в отпуск пришли герои. Сам чёрт им не брат, не ушли с дороги, хоть Васятка сигналил им. Они хохотали и падали. Задавил двоих, не смог остановить машину. Приговорили к расстрелу, но, видимо, тётя Ксения сильно молилась, заменили расстрел на 25 лет. «Хоть бы Васеньку дождаться, посмотреть на него, да и помереть». А ведь так и сбылось... ...У зимы «ноги долгие». У нас, у детей, ни обувки не было, ни одежонки. Мне Коко свяжет толстые носки, да галошки обую – и целый день на улице, пока все сосульки не перетаскаем в свои крепости снежные. Играли, детей было много, есть не просили, знали, что на столе – пусто. Приду домой, Коко снимает с меня галошки, а носки к ним примёрзли! Снимет носочек, ножонки красные, как раки. Целует их, да растирает рученьками, да опять целует. Всех нас троих она лаской своей обогревала. И соседских детей любила, как своих... ...А уж с какой радостью Победу встретили! Весна! На всю улицу раздаётся голос Юрия Левитана из репродуктора на мельзаводе. Взрослые плачут, обнимаются, а мы, дети, ждём, что что-то дадут поесть – во дворах столы накрываются. Как воробушки в стайки собираемся в ожидании хоть чего-то перекусить. Ох уж этот голод! Слава Богу – Победа! И ей – семьдесят лет!!! Р. КОРЛЫХАНОВА п. Дубовое

11:15 25.10.2014 16+

703