Радоваться жизни – особый дар

<img style="float: right; margin: 10px; border: 1px solid black;" src="media/2013znamya/znamya100/anna.jpg" alt="" width="200" height="314" />– Такая у меня закваска, – скажет она мне на прощание после нашей встречи. Женщина вспомнила, как однажды односельчанка удивила ее оценкой: – Я таких людей, как Вы, Анна Александровна, не видела. – А какая я? – переспросила она тогда. – Вы везде такая активная, и в работе, и в песне. Как Вы все успеваете? Мы садимся у стола, и я прошу Анну Александровну что-нибудь спеть. Она оживляется. «Ой, мороз, мороз, не морозь меня» – плавной струей льется песня. – Семья, работа, корова – забот было полно, - рассказывает моя собеседница. - А как где-то попаду погулять, только гармошка заиграет, я растворялась в танце. Ну а песен напоюсь! Я и сейчас, когда мне не спится ночью, песни шептушком пою, развеиваю бессонницу. Она вспомнила, когда начала работать после техникума, то купила себе шляпку, а еще ей очень хотелось иметь гитару. Но приобрести музыкальный инструмент девушке не удалось, ей повезло в другом – она вышла замуж. Анна Александровна словоохотлива и сохранила, несмотря на свои 95 лет, всю светлость понятий и памяти. Я внимала простым ее речам о житье-бытье наших дедов времен гражданской войны, голода 1932-33 годов, Великой Отечественной войны…. Все это она помнила и передавала с занимательными подробностями. Из всех рассказов ее особенно глубокое впечатление оставил во мне рассказ об ее акушерстве. Анна Александровна родилась в многодетной семье. Из 13 детей выжило девять, она – самая старшая. Сегодня живы два самых младших брата – Вячеслав Александрович 75-ти лет, проживающий тоже в Беломестном, 73-летний Николай Александрович, обитающий в Белгороде. В родном селе Генераловка, которое в годы Великой Отечественной войны немцы стерли с лица земли, Анна окончила четыре класса. В том же, 1933 году, поступила на акушерское отделение медицинского техникума. - Так получилось, никто из моей семьи не выбирал эту медицину. Я и слова «медик» не знала, – рассказывает Анна Александровна. – Местная фельдшер покупала у моей мамы молоко. Вот она и записала меня на подготовительные курсы в техникум. Девушке повезло: она жила в общежитии, получала стипендию в 40 рублей и 200 граммов хлеба по карточке. – В стране в тот период голод бушевал, - вспоминает ветеран труда. – Нас, студентов, кормили пареной капустой один раз в день. А в остальное время, как хочешь. Так я на базаре покупала хлеб и повидло, а в кочегарке подогревала кружку чая, этим и питала свой молодой организм. После окончания молодую акушерку Анну Титенко направили работать в колхозный роддом села Беломестное. Роддом был на три койки, а женщины очень часто рожали. Девушку могли и среди танцев, которые проходили на улице, забрать к роженице. – Я и роды принимала, и по домам ходила делать уколы инфекционным больным, - продолжает Анна Александровна. – Тиф, корь, коклюш и лечить-то нечем было. Сама Анна жила в маленькой комнатушке, где размещалась только койка. Но на то и молодость дана, чтобы быть кипучей, активной, жизнерадостной, невзирая, на хорошее или тяжелое время она пришлась. – На улице я познакомилась со своим будущем мужем, – продолжает свой рассказ старушка. – Мой Семен хоть и малограмотным был, он работал старшим машинистом турбины, но числился на хорошем счету и был добрым человеком. Когда он забрал меня к себе, я уже не голодала. До сих пор помню вкусный борщ его мамы. В годы войны у Семена Жигалова, как у железнодорожника, была бронь, и на фронт его не взяли. Он работал на железной дороге, участвовал в демонтаже электростанции при ее эвакуации. Его жену Анну, как медика, тоже оставили до особого распоряжения. Она копала окопы, пахала, сеяла. С весны 43-го и до освобождения Белгорода жила у чужих людей в Прохоровском районе. – 14 августа мы вернулись в родное село, а 17 – я уже устроилась на свою работу, – говорит пенсионерка. - Помню, возвращаясь домой, шли мимо того места, где проходило Прохоровское сражение. Страшно было смотреть на целое скопище разбитой боевой техники, погибших, еще не захороненных солдат. Дом Жигаловых сгорел, и его с большим трудом пришлось отстраивать, потому что строительных материалов не было. В апреле 1944 года Анна Александровна ходила по полям Шишино и Беломестного с минерами. Уже не бомбили, не стреляли в их местности, а раненых, которые подрывались на минах, в акушерский пункт доставлялось много. С лекарствами и перевязочным материалом было туго. Даже новорожденных не во что было завернуть. – Какую страшную жизнь мы пережили, не дай Бог, – Анна Александровна перебирает старые фотографии. Показывает снимок своей юности, где она в той шляпке, которую купила на первую зарплату. – Прием, вызовы, прививки, роды на дому – вот такая нагрузка была на меня одну. Пять сел обслуживала, а транспортом служила телега. Те, кого присылали в помощники, не выдерживали такого ритма – уходили. Однажды дали мне в помощь молодого человека. Он честно отработал год и ушел, сказав, что в таких условиях работать невозможно. Ну а я медицину полюбила на всю жизнь. За двадцать с лишним лет Анна Александровна приняла более 500 новорожденных. Среди них – семь двоен. Недавно один из тех двойняшек, Анатолий, родившийся в 1940 году, приезжал в родное Беломестное из Севастополя. И зашел проведать Анну Александровну. Для нее это было большим подарком, как благодарно сказала женщина. У нее за добросовестную работу есть медаль «За доблестный труд», Похвальные грамоты, благодарственные письма. Анна Александровна считает, что позитивную ноту в хорошее настроение в любых ситуациях привносит песня и частушка. Она их действительно столько знает! Вот некоторые из них: – Я, бывало, распевала, Как в саду соловей. А теперь я приуныла – Не слыхать моих речей. Под гармонию твою Я никак не подпою. Или ты не так играешь, Или я не так пою! Кавалеров в меня пять, Слушайте – буду считать: Вася, Коля, Петя, Леня – Пятого забыла звать. Есть красота молодости, а есть красота старости. И дело, видно, не в численности годов, а в состоянии духа. Мне нравятся в старом человеке какие-либо хорошие качества молодости. Интерес, например. Анна Александровна читает книжки и, между прочим, без очков, перечитывает районную газету. Это я говорю не для красного словца, а повторяю слова дочери моей собеседницы, Елены Семеновны, с которой живет Анна Александровна. Пенсионерка пишет своей 96-летней двоюродной сестре Надежде письма в Белоруссию, к которой в ближайшее время собирается в гости. Свой юбилей Анна Александровна Жигалова будет отмечать в кругу своей дружной семьи, в своем доме, которому уже 60 лет, и который не так давно отремонтировали внуки. У нее две дочери – Елена Семеновна и Ирина Семеновна, две внучки и два внука, четверо правнуков. – У меня замечательная семья, я – счастливый человек, - сказала Анна Александровна. Увидев, что я настраиваю фотоаппарат, тут же спросила: – Вы меня будете фотографировать? Ну как моя прическа? – она поправила рукой свои седые волосы и улыбнулась. Как прежде, радуясь и веря в жизнь. Л. ЕРМОЛИНА

11:37 17.08.2013 16+

6306